Поди, угадай!

Редакционная колонка

Газета, которую уважаемый читатель держит в руках, именуется «спецвыпуск». Спросите, что же в ней такого специального? Ответим: в отличие от большинства номеров «Экономических известий», знакомящих с анализом текущего положения вещей в экономике, этот преимущественно посвящен прогнозам развития ситуации.

Разумеется, мы прекрасно пониманием, что прогнозирование — сколь любимый многими, столь же и неблагодарный жанр. И события последних полутора-двух лет — яркое тому подтверждение. Стремительно развивающийся экономический кризис больнее всего ударил именно по всяческим предсказателям (оно, вроде как, и верно — чего вовремя не предупредили?).

Но люди есть люди. Им редко удается просто быть, ощущать жизнь здесь и сейчас; им надо привязаться к мысли о будущем, получить гарантии грядущего процветания. А чтобы достичь вожделенного знания о дне завтрашнем, чего только они ни придумали: аксиномантию (гадание по семенам) и белономантию (на иглах), гаруспицию (по внутренностям животных) и кероскопию (на воске), крифомантию (гадание на зернах) и тассеологию (на кофейной и прочей гуще).

Вот еще один, менее экзотичный, метод. Некоторые естествоведы, многие социологи и психологи, чтобы спрогнозировать развитие отдельных организмов и их сообществ, любят сравнивать онтогенез и филогенез. Это серьезное и ответственное занятие, если перевести на общедоступный язык, предполагает, что некий коллектив может проходить в своем развитии те же стадии, что и отдельно взятый индивидуум. В случае с нашей богоспасаемой державой, которой, кстати сказать, отроду полных 18, сравнение онто- и филогенеза выглядит занятием особенно заманчивым.

Итак. Детство — это период развития ребенка от рождения до подросткового возраста, то есть до 11-12 лет. Что же происходило с Украиной на этой стадии? Посмотрим: родители… Хм! А были ли родители у нашей девочки?! Ну не считать же таковыми беловежскую троицу. Кто в таком случае мать, спрашивается? Или, может быть, Россия? Ну, эта разве что на роль мачехи сгодится.

В общем, нашей сиротке как-то сразу не очень повезло. В детском саду ее плохо кормили, дети обижали и отбирали игрушки. Чтобы как-то свести концы с концами ей пришлось потихоньку начать продавать то, что досталось в наследство. Причем частенько — задешево.

Разочаровавшись в детских радостях, к подростковой роли страна, тем не менее, примерялась долго. Тренировалась. То, понимаешь, «Украину без Кучмы» затевала, то «Геть!» скандировала. В общем — всячески пыталась расправиться с эдиповым комплексом. В это время начали появляться у нее первые карманные деньги, которые, впрочем, тратились преимущественно безрассудно.

И вот на 14-м году жизни наша девочка решительно заявила о своих правах, показала кукиш назойливым наставникам и отправилась на улицу. Поначалу подростки из уличной тусовки всячески подбадривали ее; похлопывали по плечу и некоторые взрослые. Окрыленная вниманием, девочка решила, что готова жить самостоятельной жизнью, продала лучшее из того, что у нее оставалось, чтобы устроить все наилучшим образом. Но сама не заметила, как погрязла в дворовых разборках.

Прошло лет, эдак, пять, и барышня поняла, что потратила на уличную романтику слишком много времени и средств. И теперь стоит она на распутье: собраться бы, профессии какой обучиться, жизнь в порядок привести, цели выбрать или хотя бы направления. Поди, спрогнозируй, что с ней дальше будет!