Имитаторство СБУ имеет корни в КГБ

Сначала Служба безопасности Украины вызвала к себе блогера Олега Шинкаренко и отобрала у него объяснения о том, что не имел намерения убивать президента Украины Виктора Януковича и его призывы в блоге нельзя воспринимать серьезно. А через несколько дней после беседы с Шинкаренко появляется сообщение, что та же СБУ в городке Пирятин Полтавской области задержала пятерых подозреваемых в подготовке взрывов в столичных маршрутках. После скандала с невинным блогером Шинкаренко как не предположить, что и здесь защитники национальной безопасности Украины не высосали преступление из пальца?
Шинкаренко поставил тэг «убить Януковича» под перепост на своем блоге статей из русской сатирической энциклопедии, посвященных президенту Украины. Представить на основании этого, что он реально призывает к убийству главы государства, может только человек с гипертрофированной фантазией. Но дело в том, что у наших секретных служб крыша поехала не сегодня, а еще во времена КГБ. Просто до сих пор она на место не вернулась.

Автору этих строк знакома такая стилистика общения. В 80-е мне позвонил некий человек, представившийся работником горкома комсомола, и предложил встретиться где-то на улице. При встрече он показал мне удостоверение работника КГБ и попросил в случае обнаружения мною каких-либо враждебных советской власти и народу проявлений непременно сообщать им. Если бы я категорически отказался, то рисковал бы остаться без работы.

Они приблизительно раз в полгода встречались со мной на специальной явочной квартире и проводили беседы о напряженной международной ситуации и о множестве врагов вокруг. А я, в свою очередь, впаривал им какую-то туфту. Например, в эпоху перестройки рассказал, что мужа одной моей сотрудницы, который работал в ЦК КПУ, планируют послать на работу в ООН. Попросили, чтобы я написал на него своего рода характеристику. Я писал «донос» о том, какой это преданный коммунистическим идеям человек. По результатам отношений со мной никого не посадили и даже не привлекли к ответственности. При этом ни гонораров, ни зарплаты я в КГБ не получал.

Эти отношения прекратились 8 сентября 1989-го, в день учредительного съезда Народного руха Украины, куда я был аккредитован как журналист. Утром мне позвонили из «конторы» и попросили о встрече. Сотрудник просил меня, чтобы я описал, что там будет происходить. Я предложил ему послушать по динамику, который был выставлен на улицу, и самому сделать выводы. При этом я даже не думал издеваться: действительно, для чего засылать куда-то секретных сотрудников, когда никто ничего не думает скрывать?

Из моего рассказа можно сделать предположение, что они были кретинами. Но я вспоминаю их и думаю, что они вели себя вполне адекватно своему времени. Просто КГБ, как и все общество, должно было имитировать деятельность. Видимо, и у спецслужб были какие-то планы на количество завербованных граждан, и им для галочки надо было с ними работать. Вот они и работали со мной. Но, похоже, такая имитация деятельности не искореняется через переименование КГБ в СБУ. Об этом свидетельствует случай с Шинкаренко. Только имитаторы не учли, что на сегодня такие методы неадекватны времени.