Точка сидения изменила взгляд на Грузию

С начала грузинско-российской войны прошло два года. За это время сменилась власть в Киеве, который в 2008-м был ближайшим союзником Тбилиси. Тогда оппозиция, которая нынче определяет политику нашей страны, к событиям относилась иначе. По крайней мере, так это выглядит для непосвященных. Еще памятны обещания одного из нынешних вице-премьеров отправить Михаилу Саакашвили запас галстуков, вместо того, который он жевал во время вооруженного конфликта.
Между тем представители Партии регионов, проявившие чудеса смелости в поддержке осетин, после прихода к власти явно попритихли. А когда вопрос о признании независимости Южной Осетии и Абхазии встал ребром, нехотя промямлили, что не будут признавать независимость этих территорий. Аргументировали тем, что не признавали и не планируют признавать независимость Косово, захваченного албанцами при содействии США и Западной Европы.

Параллель между Косово и грузинскими автономиями во многом обоснована. И сербское руководство бывшей Югославии, и грузинское во главе с ныне покойным Звиадом Гамсахурдиа не желало считаться с интересами албанского и абхазского меньшинства в своих государствах. И с тем, что игнорирование их интересов может привести к катастрофе. Для грузин она произошла в 1993 г. — когда была осуществлена попытка силового решения конфликта — и обернулась этнической чисткой и массовыми жертвами среди мирного населения с обеих сторон.

История не знает сослагательного наклонения, потому бессмысленно сегодня гадать — а не произошло бы то же с абхазами и осетинами, не вмешайся Россия в конфликт на их стороне. Очевидно одно — Грузия была самой антироссийски настроенной из бывших советских республик. А условно православные абхазы и осетины были и остаются самыми «пророссийскими» среди всех народов Северного Кавказа. Они и сыграли свою роль в большой игре, где у Москвы была конкретная цель — не допустить вступления Грузии в НАТО.

«Братские» народы для кремлевских стратегов в этой игре — обычный расходный материал. Неизвестно, понимают ли это на Банковой, но едва ли там кто-то верит в «независимость» Южной Осетии и Абхазии, существующих исключительно благодаря многомиллиардным вливаниям из российского бюджета.

Россия и Западная Европа очень похожи в своем стремлении контролировать все и вся там, где им хочется. Косово остается черной дырой на карте Европы, через которую проходят потоки черного «нала», наркотиков и контрабандного оружия. Деньги, вкладываемые Россией в создание инфраструктуры новоприобретенных буферных зон за Большим Кавказским хребтом, активно разворовываются. А охочие до войны разношерстные российские «патриоты» рано или поздно возвращаются домой с привычкой убивать людей.

Что заставило союзников кремлевских стратегов в Киеве изменить свое отношение к результатам российско-грузинской войны? Возможно, нежелание оказаться в одном ряду с немногочисленными маргиналами, признавшими новые «государства»… А может быть, опасения потерять Крым… Очевидно, что причины нового отношения к вопросу территориальной целостности Грузии лежат не в идеологической плоскости, а в области инстинктов и рефлексов. Народная мудрость на этот счет утверждает, что точка сидения определяет точку зрения.